• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
02:23 

Ну вот... пока я здесь.
Непривычно. Осваиваюсь.

Переночевать в новом доме -- вот что главное. За ночь новое пространство пережует тебя, ты -- примешь его форму, чтобы днем -- проснуться уже в СВОЕМ доме. Своим -- для него -- человеком.
А там -- как пойдет.

03:27 

Убиралась сегодня на своем чердаке -- вот чуть ли не насмерть.
Устала распрозверски.
Но это не важно...
Потому что во время уборки я вдруг обнаружила за трубой очень странную куклу...
Смоляная грива волос, тонкие пальцы поднятых к лицу рук, громадные, в пол-лица, глаза...
Нет, слишком она не похожа на самодовольно-сытеньких "чердачных", этаких кукольных домовых -- их нарочно оставляют под стрехами домов, а некоторые хозяева даже конфеты им приносят... В обмен на счастье -- такое же самодовольно-сытенькое...

Не то...
Эта кукла -- скрипач... Только побывавший в хорошей переделке -- вот, даже под глазом синяк, и пальцы сбиты... А скрипку свою -- и как только это ему удалось? -- сохранил невредимой...
И -- в паутине весь...

Сажаю Скрипача в кресло -- и ложусь спать...
... и может быть -- может быть! -- сон принесет мне отголоски моей музыки.
Ведь когда-то я и сама играла на скрипке.

23:05 

№0. Музыка.

Мир был сотворен музыкой. Я это точно знаю.
Музыка -- встроена в нас, она -- система всего, структура, сущность.
Музыка -- сестра-близнец воды.
И в каждом из нас по рекам-венам и артериям течет -- музыка.
Наша музыка.
Все в мире -- звучит.
Изначальную мелодию (стихий и живых существ) слышишь ярче.
Мелодия сотворенного зависит от того, кем и как она была сотворена. Бывает, что отчетливо и красиво звучат дома и машины. А бывает, что и песни не имеют мелодии.

Когда мы умираем -- переходим -- наша музыка переходит вместе с нами , мы начинаем звучать по-другому -- оставляя след здесь, на этой земле.
До-нести, до-жить -- вот что главное.
Дать мелодии дозреть.
Но когда мы не можем донести себя до Перехода, когда нет сил жить и ты поддаешься соблазну замолчать -- твоя музыка обрушивается водопадом в бездну.
Звук осыпающихся звезд чьей-то вселенной -- и последующее безмолвие - самое жуткое, что мне приходилось слышать когда-либо.
Это было однажды.
Вместо звезд-черные дыры... вместо музыки, такой прекрасной, такой бездонной -- сминающая все пустота.
Именно тогда я поняла , что человека действительно не стало -- хотя на тот момент ничего не было известно.
Тоже эльф.
Эльф, чем-то похожий на меня саму.
Предупреждение мне в любом моем состоянии... слишком это жутко, чтобы когда-либо поддаться соблазну тоже -- замолчать/
Что бы ни случилось.

Мелодии Перехода звучат тем ярче, чем ближе человек к Переходу.
Не по возрасту и не по судьбе ближе.
Можно всю долгую-предолгую, многовековую жизнь балансировать на грани Перехода и вплетать в свою музыку -- темные терпкие ноты Нездешнего.
Можно и на краю ничего не ведать о них.
По-всякому бывает.
Для каждой судьбы и для каждой жизни -- по-своему.

Мелодии рождения похожи на только что пробившийся бутон цветка.
Еще неявный, неясный -- но уже такая нежность не-рожденного, не-прозвучавшего, молчащего до времени.
Мелодии родителей сплетают мелодию малыша... не всегда, но чаще всего... может быть, потому еще в людях так это сильно : желание продолжить свою мелодию -- в другом, выплести из самого себя -- еще один узор.

Мелодии действия -- это наше Настоящее. Наше вне-временное.
Сокровище.
То, что в наших руках ежеминутно -- и что труднее всего.
Мелодии действия (хоть какого, главное -- чувствовать его) сшивают прошлое с будущим.
Мы можем "терять время" , успокаивая по телефону друга -- и при этом выплетать мелодию как тонкую шелковую нить.
Мы можем отдавать нужной и полезной работе сутки, недели, месяцы -- и ничего не чувствовать, и все наши труды будут -- напрасными, потому что вместо мелодии мы все это время создавали пустоту.

Молитва -- мелодия. Потому что любой Диалог -- мелодия.

Мелодиями выплетаются чудесные сады и дворцы, мелодии становятся канатами, вытягивающими из трясины тех, кто нам дорог...

Весь мир -- музыка.
Стоит только прислушаться...

23:07 

№1.Железная Дорога.

Я не раз уже читала о какой-то необъяснимой мистике железных дорог.
О том, что рельсы могут связывать несколько разных пространств-времен.
О людях, оказавшихся в другом времени или на другом континенте, всего лишь проехавшись на пригородном поезде.
И -- несмотря на весь мой позитивизм и недоверие таким историям -- мне всегда казалось, что что-то в этом есть...

У меня -- ТАМ -- железнодорожный путь связывает несколько совершенно разных по своей сути мест. Это -- грань. Граница.
-- Железный Материк (где все обитатели -- бронированные монстры, куда там Бонапарту!) . Туда нельзя попадать, никакой разведки не получится, ни о каком сталкерстве нельзя даже и думать -- через него нужно проскакивать как можно шустрее и как следует притемнившись. Потому что мы, из плоти и крови, зачем-то нужны им, Железным. Не знаю, зачем. Мне всегда везло, меня успевали оттуда вытащить -- даже в состоянии почти что уже совсем трупчика после удачного обстрела нашей открытой платформы.
Причем, машинистов (людей, таких же, как и мы) Железные почему-то не трогают, и это спасает всех нас. "Запах границы" -- вот что их бережет. Машинисты -- ничьи, они -- не принадлежат ни единому из Пространств.

23:09 

№2. Синие горы.

Это --блуждающее место, попасть туда мудрено... То они появляются сразу же как только сядешь в поезд, то до них нужно шлепать через все заставы и то не дошлепаешь... то они дразнятся за Железным материком... то вообще оказываются за Стимфалами, то есть на грани миров.
Здесь хорошо... и здесь растет трава забвения. Нет, не наркотик:) Синие цветы, распускающиеся в сумерки на полчаса. Цветы, заваренные особым способом (а то и вовсе сплетенные мелодией в бальзам) , помогают отогнать Тьму. Жители синих гор сплетают из них венки и подвешивают к пологу молодоженов и младенческим колыбелькам... Аромат цветов помогает справиться с душевной болью, вернуться к жизни, когда беда уносит последние силы души. Но собирать их нужно умеючи и осторожно, всячески избегая спускаться в залитые туманом лощины. Стоит сборщику глотнуть пропитанного ароматом забвенной травы тумана -- как он переносится в иные земли... и не угадаешь -- в какие попадешь.. по сравнению с некоторыми из них Железный материк -- это детские сказочки...
А иногда туманное облако Синих гор переносит тебя в не-твое время...

23:21 

№3. Полуостров. Гнездилище Дождевых червей.

Полуостров большущий. Сам почти как материк. На одной его оконечности -- обсерваториии и Лунный город, на другой -- Корабельное кладбище.

Внутри есть одно неприятное место, Гнездилище Дождевых Червей (там все эти черви -- размером минимум с хорошую анаконду, а то и с драконом можно перепутать)... Но если его умеючи обойти, то с Червями можно и не столкнуться. Они, в принципе, не опасные... но они -- близки к Тьме, их пространство закатывает путника в двумерность, отнимает радость и силы... Выползаешь из гнездилища -- как выжатый лимон и в страшном депрессняке. Самое неприятное во всем этом -- Гнездилище может двигаться... может прорываться в таких местах Мира, где его ну вообще никак не ждешь. Совершенно не случайно, что вокруг Гнездилища -- обычно скапливается мелкий троллятник со всеми вытекающими последствиями...

23:23 

№4. Обсерватории Полуострова.

Обсерваториями Полуостров славится настолько давно, что -- не было еще ни Урочища, ни Змеиного королевства... ну, Летандия вот была, и все -- а Обсерватории уже гремели.
Половина звездочетов -- летающие. И немудрено: они как никто другой близко к звездам. Другая половина -- драконы, им всякая премудрость легко дается. Они-то и развалили обсерватории, когда на Полуостров стало просачиваться Змеиное королевство. Сейчас от зданий остались почти одни развалины: летающих совсем мало, да и те стараются скрыться, ассимилироваться и своим даром не высверкивать... драконы все перебежали к Змеям... ну, в общем, обычная история про корысть и науку...

Но -- самое главное -- в обсерваториях изучали музыку звезд! И потому туда периодически прибивались мелодии, мои соплеменники. Правда, надолго они и там не задерживались, что делать -- бродяги... Потому и нельзя сказать, что мелодии были звездочетами. Но музыку звезд они слышать умели как никто другой... и с каждым вот таким "забегом" какого-нибудь любопытствующего мелодия в Обсерватории Полуострова ярче вспыхивала жизнь -- и интерес к явлению:)
К слову, сейчас мелодиев я не видела нигде.
такое ощущение, что я вообще она осталась из них. Последний из могикан. Летающие -- есть, и я их знаю... драконы -- тоже... Еще дофига кого. А из мелодиев -- я одна...

20:50 

№5 Совиное урочище.

Еще на Полуострове , неподалеку от Корабельного Кладбища есть Совиное Урочище. Там изредка тоже попадается забвенная трава, но мелкая и не очень сильная. Хотя местным охотникам за травами и ее хватает. Ценится она на Полуострове -- огого как. Немудрено, с их постоянными депрессняками и нехваткой сил из-за Дождевых Червей. урочище -- тоже меняющееся место. Но если Синие горы меняют свое положение в пространстве, то Совиное Урочище меняется само. Если туда войдешь, выходить нужно совершенно другим путем, и очень часто нет иного варианта. как через зыбучие пески. Потому что -- твой путь закрывается у тебя за спиной, и обернувшись, ты не найдишь дороги...

20:51 

№6. Блуждающие пески.

Совиное урочище может вывести на Блуждающие пески. Место довольно-таки опасное, потому что пески там не просто блуждающие, но еще и зыбучие. А под наслоениями песков скрывается подземное озеро с чистейшей водой... Что из себя представляет путь по Блуждающим пескам, мне однажды пришлось убедиться. Едва не закатало в песок -- причем, пески здесь -- еще и как верхний слой болота: все жертвы плауна автоматически попадают в подземное озеро, на корм тамошним монстрам -- или же , если гибель произошла зимой, застывают ледяными скульптурами в гротах. Подземное озеро -- обиталище гигантских кальмаров (которые дальние родственники Железных Монстров). А еще -- если пройти гротами Подземного озера. то можно оказаться очень близко к Сердцу Города... и совершенно точно они ведут к нашему ДОму. Он сам сродни им.

20:51 

№7. Летандия.

И все же, несмотря на все свои теперешние траблы, полуостров -- хорош. Раньше здесь были полностью земли Летающих. Часть Летандии сохранилась и доныне, и захватить ее пока не удается никому. Может быть, за счет этого Полуостров еще и держится, не уходит под землю ( как прочие земли Мира, где победила Тьма). Летающие -- так-то люди. Способность летать у них появляется не от рождения, это -- приобретенная штуковина, -- причем, для того, чтобы взлететь , необходимо достигать особого состояния души. Летающих немного -- и все они благородны и чисты душой, без этого не взлететь. С каждым поколением Летающих становится все меньше... и теперь считается счастьем, если в семье есть хотя бы один такой. Им не завидуют -- потому что они автоматически становятся миродержателями для своих семей (гнезд), а этот крест далеко не каждому под силу. А еще Летающие -- постоянно балансируют на грани Перехода. Всю жизнь. И этому тоже -- не позавидуешь. Лунный Йольф из таких вот... Летающие теперь , после захвата Полуострова Змеиным Королевством, переселяются, мигрируют... какие-то семьи переезжают с Полуострова совсем. У них нет привязки к месту, их мало что держит, -- но свой Полуостров они все-таки признают Родиной, чем-то изначальным, извечным...

14:45 

Толкинутский опросник -- из давнего. Открытая запись.

Проходила когда-то в толкинутском сообществе тестик/ Прикольно... ещё полгода назад многое отсюда было актуально... а сейчас кажется таким далёким. читаешь -- и улыбаешься той-себе. прежней... Но пусть будет, ладно:)
Убираю в закрома -- сюда.

читать дальше

17:27 

Иногда становится так неловко (и даже стыдно), что я -- не умею проникаться "атмосферой реальности".
Ну, неловко -- потому что не по-людски это как-то...
Вот вроде всем за что-то ( в окружающем мире и прослоечке "реальной действительности") больно, за что-то страшно... все -- сочувствуют-сопереживают-желают лучшего-надеются... и это такой общемировой котел эмоционалки, которая заваривает крутой замес истории (даже если это история города/местечка/улицы/семьи)....
И в этот котел мне периодически тоже хочется прыгнуть. Наверное, это сродни моему неистребимому желанию мимикрировать, стать "как все нормальные люди".
Но -- чего греха таить? -- я навру себе, если буду утверждать, что меня это -- задевает. Вернее, что меня все это -- задевает именно так, как других. Нормальных, сердечных, добрых, замечательных, -- тех, кем мир действительно стоит и движется...
Не умею... не умею видеть так -- чтобы бросаться на помощь, на прорыв, в самое пекло и так далее... И за это неумение зверски себя иногда гноблю, даже не оправдывая сакраментальным " а кто тогда Родину будет любить?".

А как я умею? умею -- холодно, без включения эмоционалки, прикидывать, что тут можно сделать. И -- если получится -- продвигать этот вариант теми методами, которые мне -- ближе, которыми я -- все-таки немножечко владею. А они, методы эти - изнаночные от и до, о них посторонним людям даже упоминать боязно -- пошлют лечиться головой... я и сама , бывает, начинаю сомневаться, а не иллюзия ли то, что я умею... не мои ли это придумки...

Умею пинать других -- тех, кому страшно, у кого зашкаливает эмоционалка. Пинать к выходу. Жестко. За что огребаю статус холодного и эгоистичного монстра, который " в таких обстоятельствах!!!" -- никак не может ухнуть в эмоциональный накал обстановки и тупо посочувствовать-разделить страх и накал страстей.

А если не получается и проблема слишком глобальна - не переживаю и переключаюсь на другое. Мне эту гору не сдвинуть. Точка.

Поэтому я сейчас и исчезла отовсюду. И если и пишу, то -- о приятных мелочах.
Не хочется -- о своем.
Слишком это мелко, незначительно и иллюзорно -- по сравнению с мировыми революциями. И для меня -- и люди не поймут: Марь Иванна, мне б ваши проблемы.
Поэтому -- переезжаю сюда.

11:10 

Мне иногда кажется, что я и нужна -- главным образом затем. чтобы прорастить свой Город.
В рисунках ли. в квестных историях...
В кинговской Розе Марене есть удивительно созвучное мне место: когда Рози, успокоившись после всех перипетий, в эпилоге сажает зерно ОТТУДА -- на ЭТОЙ земле. Проращивая тем самым триффида -- и уравновешивая миры.

Очень многое хочется -- и надо -- сделать.

01:43 

Когда через тебя проходит что-то "оттуда" , главное -- не присваивать это.
Ни сбывшийся внезапно сон, ни предчувствие, ни интуитивное "попадание в яблочко". Ни... еще много всего интересного, происходящего иногда с тобой.
Ничего.
Присваиваешь -- закрываешь это собой. Своей "самостью". Как в полиэтиленовый пакет запаиваешь. И оно -- это маленькое чудо, что прошло через тебя как луч через витраж -- вдруг просто перестает быть.
И оно, и многие из тех, что должны были за ним последовать.

А я -- присваиваю. Бывает. Нередко.
А потом -- над задыхающейся в полиэтилене искоркой -- молчу. А что тут скажешь...
Отказаться от этого проходящего иногда через меня потока "нездешнего" -- я не в силах. Антоний Сурожский -- смог, а я -- нет... И принимать это правильно, как дар, без гордыни и желания отзеркалиться этим чудом, я -- не научилась...

Молчать. Молчать. Пока не научишься -- или не найдешь в себе силы отказаться от этого двоемирия.

Но иногда -- просто мозг разрывает не-возможностью молчать.

02:33 

Больше всего я не люблю зря прошедших, пустых -- мертвых -- часов и минут своей жизни.
Мне от этого физически плохо.
Мне кажется, что я -- убила часть себя.
И потому я периодически устраиваю себе геноцид за отравленное мной время.
За просиживание в интернете. За домохозяйствование -- вместо рисунка и кукольных иллюстраций. За чтение уже давно известных книг -- вместо освоения книжной целины.

Но я просто постоянно забываю о музыке действия.
О том, что время -- не умирает, если каждое , даже самое незначительное и сковородное, дело -- делать в полную силу и осознанно, вкладывая себя в него.
Протаскивая свою музыку сквозь это действие.
Оно тогда -- оживает.
И оживляет тебя.
И тогда возникает чудесное ощущение, что день -- прозвучал и наполнился до краев.
Даже если весь день был посвящен, к примеру, большой стирке, а вовсе не пленэрам и этюдам:))

13:34 

Пытаюсь не скатиться на дно лета.
Дно -- замирание, анабиоз.... в нем -- накапливаешь силы и солнечный свет на год вперед... Но именно сейчас анабиоз мне -- противопоказан.
Мне сейчас нужно вот что: перестать искать самооправдания себе, своему существованию. А для этого -- чую, так надо -- необходимо снять все установки и рамки, всё наносное-человеческое. Стать на время животным. Идти по следу, отыскивать и есть нужные травки, бежать сквозь лес, бояться, охотиться, нюхать землю, искать блох... И -- пропитываться солнцем, которое всех греет одинаково щедро, кем бы ты ни был.

13:35 

Из разговора:

Периодически приходит мысль о том, что когда больно -- нужно просто цинично использовать эту боль. В том, что выходит из твоих рук. Ну вот так по-парфюмерски к этому подходить. Вместо " чувствуешь -- и переливаешь чувство на лист бумаги" -- будет: "чувствуешь -- ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ нарисовать". Тогда боль ( какая бы она ни была сильная) становится очень нужной -- как едва заметная горчинка в аромате духов, как изюминка. Как ингредиент. И в этом плане примириться с ней -- очень легко: она же -- нужна.

21:06 

Сны -- странные... "прежние".
Те, что заканчиваются неизбежно одинаково: лязгом двери "душевой" -- в которой через мгновение пустят "циклон Б".

Но сегодня я в кои-то веки не была тобой -- я увидела тебя.
Не взрослый и не сильный. Подросток лет 14-15.
Страх -- и вперехлест - невероятная обида за то, что -- приходится умирать, и умирать из-за такой ерунды. как принадлежность к "неправильному" народу.
Обида -- на Бога.

Обнимаю тебя -- я, твоя тень, ровесница, девочка-из-сегодня. Ты на миг открываешь глаза.
Не бойся.
Пойдем со мной.

15:03 

Который уже раз аплодирую мысленно своей осторожности -- в плане открытости.
Вроде бы предполагаешь в человеке что-то родственное тебе и вот-вот начнёшь , так сказать, вводить его в курс дела и тащить его в "своё" на экскурсию (тем более, и он заявляет, что очень даже хочет туда) -- но вдруг резко передумываешь, что-то тебя удерживает.
Интуиция, не иначе.
В итоге -- "своим" не делишься, а вместо этого -- прекрасно общаетесь на общие темы.
И -- в процессе выясняется, что -- а и не надо было его , беднягу. прогружать своими бредняками.
Ему этого -- не надо.
Тебе это -- тяжело.
Так зачем?
Вам и так великолепно общаться, не переходя нейтральной полосы.

13:03 

Второй день не решаюсь съесть "реквизит" - громадную коричневую грушу.
Рисую. Акварель требует жертв.
И вчера, когда я впервые за неделю засадила себя (вот буквально силком) за краски -- ту самую грушу рисовать -- я вдруг почувствовала такой кайф от самого процесса... В него проваливаешься, им живешь какое-то время... из него так трудно выползать.
А всего-то -- страшненький натюрмортик с грушей и зеркалом. Сделанный на абсолютном отчаянии от своего неумения.

***
По Ракушечнику скучаю -- страшно. Зверски я по нему скучаю.
Тут недавно проходила мимо -- почти ночью, в страшную слякоть, в хлюпающих кедах... -- и не смогла не остановиться возле него, не провести рукой по стенам, не оглянуться на наши бывшие -- теперь пустые, тёмные -- окна.
Нет, я не жалею, я просто скучаю.
Была мысль перетащить его сюда. к себе, -- забрать в рисунок, уволочь на ту сторону. унести -- сам дух этого дома. саму его суть.
Но... что-то меня остановило. Во-первых, страшновато: домик -- тот ещё... и ЧТО там напластовалось за полторы сотни лет его Оверлукского существования, неизвестно (точнее, известно -- ничего хорошего)... и я его рискну -- к себе домой внести? собственноручно?
А во-вторых, ну, наверное. я просто не имею на это права. Все бы так и делали -- сгребали сущности к себе подмышку, зажиливали бы всё настоящее, что есть в Городе.
Нет уж, пусть стоит как стоял.
А рисовать я его и так буду.
Зря я , что ли. полмесяца на рептилиях и динозаврах тренировалась.

***
Мороз и солнце -- и над Разбойничьими Норами по дороге на Стимфалы гордо реет пиратский флаг:)))

Взгляд с той стороны

главная